С детства я любила буквы и цифры. Но буквы - особенно.
В самом раннем возрасте не выговаривала я букву "Ж" и поэтому мое имя звучало как "Неня" и никак не "Женя". При всем при том, "жуть", "жизнь" и "жопа" я выговаривала.
В-принципе, эти три слова как нельзя лучше характеризовали и характеризуют окружающую действительность.
Говорят, что дети мудры. Я, видимо, была мудрой не по годам.
И очень я любила "р" - рыба, река, рука, ремень, кресло, броня, родственник и, конечно же, Барбара Брыльска - все эти незамысловатые слова произносились с ррррррррычанием и истинным удовольствием.

Став чуть старше, я узнала, что произношу эту любимую букву с каким-то "французским проносом". Меня звали "француженкой". И с тех пор я грезила о Париже.
И даже гордилась своим необычным произношением.

Пока однажды в какой-то малознакомой компании, на чьем-то шумном дне рождения, какой-то незнакомый мне мальчик подошел ко мне и вопросил: "Ты чё картавишь?"
Я вылупилась на него бешеными глазами: "В каком смысле?"
И мальчик долго мне пытался доказать, что я картавлю, только очень-очень симпатичненько.
Напоследок, похлопав меня по плечу он бросил последнюю фразу: "Ты не расстраивайся, говорят картавые очень хороши в постели".

Знаете, после того случая я как-то недолюбливаю недалеких людей. Но по-прежнему мечтаю о Париже.
Парле ву франсе?